Jenya (uzheletta) wrote,
Jenya
uzheletta

Categories:

остапа просто ужас как несет.

Все сидит во мне сказка, давно прочитала, про великого Пражского Махарала.
Махарал был учен, каббалист и мудрец (знал он, видимо, где нашей сказки конец),
и евреи его почитали, почитал и король, и солдат, и капрал, и частенько к нему наезжали.
Он решал их проблемы, он их утешал, чудеса доставал из кармана,
и катилась молва, слава бурно текла про великого Махарала.

Знали все, что нескоро на землю сойдет вновь такая могучая сила, и гордился народ, Махарал наперед делал все, о чем ни просили. Но и он уставал, все же тело его, как должнo, возводило пределы, не всегда успевал сделать все, что мечтал, все что должен и просто хотел он.
И тогда он решил, что сподручно создать небольшого слугу, Фигаро и Балду, чтоб оно помогало по делу. Раз решил, два создал (Каббалу твердо знал), как известно из глины и праха, Голем вышел
неплох, и красив и высок, и силен, в общем, парень-рубаха.
Три, и Имя святое мудрец Махарал под язык засунул кукленку, паренек застонал, заморгал, зашагал, хоть высок, неуклюж, как ребенок.

А потом он сказал - ну привет, Махарал, раздавай свои порученья, дров вязанку отнес, поскакал на базар, так закончилось это творенье.
И как сказано было, он все выполнял, мелкие ль, крупные ль пожеланья, а потом отдыхал, смачно
халу жевал, на крылечке у дома собранья. Дело гладко велось, Mахаралу спалось и спокойно, и ладно, и сладко, все бы было светло, но вмешалась в процесс пара баб, им, видать, было жалко, что такой вот высокий и сильный такой просто так сидит на крылечке, просто так халу жрет
(зря он небо коптит!), просто так прогревает местечко.

И сказала одна, та, чей нрав побойчей, ну давай на базар, так велел Mахарал, и давай половчей, торопись поскорей, мне с тобой не успеть до Шаббата, ну и голем опять поскакал на базар, он послушный был голем, ребята. И теперь этот в общем-то глины кусок помогал всем, кому не придется, для одной на базар, для другой в огород, а для третьей и приберется.
Ну одна из подруг похитрее была, чем могла паренька привечала, то ватрушек ему, то мангО и хурму, то горячего, сладкого чаю.

Ну и он разомлел, размягчел, подобрел, и хозяйскую дочку тогда разглядел.
Та, как водится в сказке, прекрасна была, и скромна, и мила, и конечно, бела.
Махарал-то был занят делом важным, святым, очень нужным, видать по всему не простым, и следить он не мог, что тот Голем творил, да пока ничего не водилось за ним, просто он перестал на крылечкe сидеть, стал чаек попивать да на дочку глядеть. Ну а каждую пятцницу тот Махарал, до заката еще, Имя-то вынимал, и опять представал просто глины кусок, неживой, никакой, не смотри - засосет.

Но однажды, наверно, был ранний Шаббат,Махарал позабыл это Имя достать.
И стихия проснулась вдруг в глине простой, ей неведом закон, невозможен застой.
Она вольно течет, чуть глаза отведи, Голем сам не подумал как начал идти к той прекрасной и милой (ну, к той, что бела), и огромная сила звала и вела его прямо к дверям, прямо в кухню и вот, он девицу без спроса за руку берет. Это вам не Жуковский, и прост наш народ, мать хватает метлу, брат, понятно, зовет самого Махарала, и этот бежит и от гнева, понятное дело, дрожит, в синагогу ведет он созданье свое и весь краткий маршрут не глядит на него.

Ну а Голем? Ведь сам не узнает, дурак,зачем к девочке шел он на ватных ногах, и зачем целовал, и чего он хотел, ведь он знал, что не создан для радостных дел,создан он для работы, и лишь на чуток, пока Имя у нёба тихонько живет, также знал что велик и суров Махарал, что закончится жизнь в миг, когда он страстям свое тело отдал (ведь души вроде нет?). Махарал молча шел, ну и Голем вослед.

К синагоге пришли, Махарал на чердак, Голем следом, он знал, его дело табак.
А потом, Махарал должен был наблюдать, как творенье его не спешит умирать, все живет и живет, и слеза из под век, хочет жить он как всякий другой человек, и упрямо как будто все знает о нем, держит Имя зубами и языком, и когда Махарал это Имя забрал, Голем глиной стекал, и слезой, и стонал. Говорят, с этих пор грустен был Махарал и до смерти своей ни словца не сказал.

Ну а я-то причем? Мне-то что с этих слез? Все фантомы мои в недрах снов или грез.
Только страшно, до ужаса страшно одно - все живое вокруг, и со мной все одно. И бессмысленно думать, оно не поймет, не почувствует боль и бесслезно умрет, невозможно надеждой себя закружить, все живое кругом, и все хочет жить.

И еще тяжело до конца осознать, что то Имя, то страсть заставляют шагать. И приятен чаек, ты легка и светла, но жесток наш закон, вот такие дела. И так хочется волосы сдвинуть со лба,
целовать и шептать золотые слова, и мне кажется, это и значит - прожить, и прочувствовать, может быть даже - служить. Только в этот же миг, понимаешь, тайком, Имя чувствую я где-то под языком, и так страшно мне знать, что я глины кусок и легко так сломать этот хрупкий мирок, и хотя Махарал давно в райском саду, Голем на чердаке и в жару, и в беду, люди слышат его, то ли всхлип, то ли стон, не спеши говорить - это сказка и сон.

И по пятницам чувствую вновь, что опять выбор наш жутко прост - Имя он или страсть. Но при этом надежда упорно живет, где-то есть средний путь и меня он найдет, потому что есть мысли, и песни, и сны, и опять непонятно - что же мы без любви, и без девушки той, что светла и легка (хоть мамаша ее наготове всегда), и что я без любви, без твоих плеч и ног,снова глины кусок, той же глины кусок...


update: Огромная благодарность человеку сделавшему работу над моими ошибками.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 67 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →